Последняя ставка самураев

17 января 2017 - Администратор

В три часа дня 5 апреля 1945 года на борт крупнейшего на планете боевого корабля «Ямато» наконец прибыл приказ выйти в море – последний в его карьере.

Командованию предстояло выбрать из почти трех тысяч человек, находившихся на борту, тех, кто пойдет на верную смерть. Их было большинство. На берег отправились только кадеты морского училища, проходившие на корабле практику, и больные. Остальным пришлось коротать вечер, распивая, сидя на корточках, выданное к походу сакэ – ни столов, ни стульев на палубе не осталось. Все дерево было выброшено за борт или свезено на берег.

Как и ожидалось, поход оказался коротким. Уже через полтора часа после того, как «Ямато» в составе соединения японских боевых кораблей покинул базу, его обнаружили сразу две американские подводные лодки. На следующее утро, 7 апреля, над кораблем появились и самолеты 58-го ударного соединения – главной силы флота США.

С этого момента судьба операции была предрешена. Американцы решили пропустить соединение подальше к югу и лишь затем атаковать его. Они настолько были уверены в победе, что передавали сообщения о положении и составе японских кораблей открытым текстом. Атаки начались около полудня. Заполнившим небо палубным самолетам пришлось даже выстраиваться в очередь, чтобы сбросить свои бомбы точно в цель. За два часа все было кончено. «Ямато», получивший попадания примерно 10 торпед и 13 бомб, лег на борт. Сильнейший взрыв потряс его огромный корпус. Столб дыма поднялся на высоту шести километров и по виду напоминал ядерный «гриб». Пламя достигало высоты двух километров, его отблеск видели на кораблях американского соединения и на находившемся в десятках миль от места трагедии острове Кагосима. Вместе с кораблем погибло 2,5 тысячи моряков. Бесславный конец сверхлинкора наглядно показал беспомощность «красы и гордости» японского флота перед новым грозным противником – авиацией...

Самозатопление кайзеровского флота в Скапа-Флоу в 1919 году безоговорочно вывело японцев на третье место в мире после Британии и Соединенных Штатов. Однако Страна восходящего солнца не собиралась надолго оставаться третьей. После первой мировой войны, в которой участие Японии было скорее символическим, в строй вошли два самых быстроходных и, возможно, самых сильных линкора в мире – «Нагато» и «Муцу». Но в планах японских адмиралов они уже через 10 лет становились вполне рядовыми в восьмерке линейных кораблей новой программы «8+8». На место «лидеров» прочили заложенные в 1920 году две единицы типа «Тоза» полным водоизмещением свыше 44 тыс. т и четыре еще более мощных – типа «Овари». Их предполагалось вооружить десятью 16-дюймовыми орудиями в двухорудийных башнях (две в носу и три в виде ставшей впоследствии традиционной для японских крейсеров «горки» – в корме). Бронирование при этом оставалось на прежнем уровне, зато скорость возрастала до 27 узлов на «Тозе» и до 29,5 – на «Овари». В результате флот получил бы две дивизии скоростных и очень сильно вооруженных линкоров. Подобную операцию предполагалось осуществить и с линейными крейсерами. Заложенные в 1920-1921 годах «Амаги», «Акаги», «Атаго» и «Такао» оставляли вне игры все суда этого класса, включая могущественный «Худ». Они были практически полностью аналогичны линкорам типа «Овари»; отличия состояли лишь в скорости (линейные крейсера имели на 0,5 уз. больше) и толщине главного пояса (где преимущество имели линкоры – 295 вместо 254 мм).

Намерения японцев казались исключительно серьезными. Верфи фирмы «Мицубиси» в Нагасаки продемонстрировали высокую скорость постройки, и уже в конце 1921 года «Тоза» и «Кага» сошли на воду. Остальные единицы «линии баталии» также строились полным ходом. Ни ослабевшая после войны Англия, ни набиравшие все большую экономическую мощь, но все еще недостаточно опытные в строительстве флота Соединенные Штаты не могли немедленно ответить столь же обширной программой. Зато они сумели добиться победы на дипломатическом поприще. Заключенное в 1922 году Вашингтонское соглашение нанесло самый сильный удар по Японии. Из шести строившихся новых кораблей им с большим трудом удалось сохранить только два (линкор «Кага» и линейный крейсер «Акаги»), да и то лишь в качестве «заготовок» для авианосцев. Страна не только понесла серьезные материальные потери, но и оставалась навечно третьей: соотношение с Британией и США как 5:5:3 закреплялось на 20 лет с перспективой последующего продления такой ситуации. Японцы почувствовали себя глубоко уязвленными. Но противостоять сильнейшим государствам планеты они не могли – с большим трудом удалось отстоять новейшие «Нагато» и «Муцу».

Теперь возможность усиления флота ограничивалась лишь модернизацией уже имевшихся кораблей. Здесь позиции японцев оказались наименее предпочтительными. В их распоряжении имелись три недостаточно бронированных линейных крейсера типа «Конго» (соответствовавшие британским «лайонам», исключенным из списков по тому же соглашению!) и четыре линейных корабля типа «Исэ» и «Фусо», хотя и сильно вооруженных, но так же неважно защищенных. В числе козырей оставались оба «Нагато» и... скорость японских кораблей.

Инженеры Страны восходящего солнца взялись за дело чрезвычайно серьезно. Все старые корабли в течение последующих 15 лет прошли по две-три большие модернизации, не считая многочисленных мелких переделок. Первыми уже в 1924 году вошли в док новейшие «Нагато» и «Муцу». Их передние трубы были «отогнуты» назад – таким образом уменьшилось задымление постов управления огнем. Тогда же на линкорах появились гидросамолеты. Массивная семиногая фок-мачта начала обрастать дополнительными мостиками и платформами. В результате модернизаций надстройки всех японских боевых кораблей постепенно превратились в «пагоды». В 1936 году с лучших линкоров Объединенного флота сняли пару 140-мм пушек, и вместо них установили восемь 127-мм зениток. Через год «Нагато» и «Муцу» поставили на самую большую в их истории модернизацию, занявшую свыше двух лет. В ходе работ была усилена горизонтальная броня (над всеми жизненными частями она превысила 8 дюймов), увеличен угол возвышения орудий главного калибра, установлены новые системы управления огнем, а также противоторпедные були, увеличившие общую ширину почти до 35 мм. В результате водоизмещение корабля возросло настолько, что, несмотря на полную замену турбин, котлов и удлинение корпуса на 9 м (с целью обеспечить оптимальные обводы), скорость снизилась до 25 узлов. Одновременно корабли лишились всех своих восьми торпедных аппаратов, абсолютно бесполезных в эпоху боя на дальних дистанциях, а также красиво изогнутой передней трубы – дымоходы от новых, меньших по размерам, котлов удалось вывести в единственную оставшуюся трубу.

Самые старые линкоры – «Фусо» и «Ямасиро» – подверглись большой модернизации в 1930-1935 годах. Из старых корпусов было выжато все, что можно, и даже более того. После установки булей ширина корпуса увеличилась на 4 м; в корме корпус удлинили почти на 8 м, чтобы иметь возможность разместить новые механизмы. Мощность кораблей возросла почти в два раза, что позволило им развивать скорость около 24,7 узлов. Значительно усилилась броня палуб; главная артиллерия после увеличения углов возвышения могла стрелять на 17 миль. На «Фусо» и «Ямасиро» осталось всего по четырнадцать 152-мм пушек, зато они получили стандартное для модернизированных единиц зенитное вооружение: восемь 127-мм зениток и шестнадцать 25-мм автоматов. До неузнаваемости изменился силуэт кораблей. Передняя труба исчезла, а вместо стройной треногой фок-мачты появилась высоченная «пагода».

Следующая пара, «Исэ» и «Хиуга», переоборудовалась в два приема. В 1926-1928 годах работы оказались в основном «косметическими». Хотя линкоры в ходе этой и следующей модернизации, проведенной в 1930-1931 годах, получили не только многочисленные мостики и платформы на мачте, но также гидросамолеты и более совершенные системы управления огнем, они уже к середине 30-х годов не соответствовали новому стандарту, прежде всего по скорости. Поэтому уже в конце 1934 года «Хиуга» вновь был отправлен в док, а в середине следующего года за ним последовал его систершип. Работы в основном повторяли то, что было проделано с «Фусо»: установка булей, удлинение корпуса, усиление брони палуб, замена части средней артиллерии на зенитки и увеличение угла возвышения 356-мм орудий. Новые котлы и турбины позволили обновленным линкорам развивать скорость свыше 25 узлов. Таким образом, к 1936 году небольшой линейный флот Японии состоял из шести довольно однородных, полностью обновленных единиц.

Тяжелее всего пришлось японцам с линейными крейсерами. Конечно, усиление их явно недостаточной 203-мм бортовой брони оказалось практически невозможным (проще было бы построить новый корабль, но это запрещалось Вашингтонским соглашением!), зато все остальные прорехи заделывались довольно успешно. Японии, единственной среди всех участников договоров о разоружении, удалось даже сохранить формально разоруженную для учебных целей единицу – четвертый линейный крейсер «Хиэй». С него сняли одну башню, всю среднюю артиллерию, большую часть котлов и даже бортовую броню. «Калека» имел скорость всего 18 узлов, и, казалось, у него одно будущее – дорога на разделку. Однако корабль включили в план обширной модернизации, намеченной на конец 30-х годов. К этому времени три его систершипа – «Харуна» (в 1927 году), «Кирисима» (в 1929-м) и «Конго» (в 1930-м) уже прошли первый этап работ. Их оборудовали противоторпедными булями, установили дополнительную палубную броню, увеличили угол возвышения орудий и снабдили гидросамолетами. Вместо 36 старых котлов линейные крейсера имели теперь 16 вполне современных; однако смешанное угольно-нефтяное отопление все еще оставалось. Окончательное решение проблем, связанных с энергетической установкой, отложили до второй, не менее обширной перестройки. Первым на нее вновь, в 1933 году, отправился «Харуна», а последним, после «Конго», – «Хиэй», работы на котором завершились в начале 1940 года. На сей раз механизмы были полностью заменены на новые, число котлов сократилось до 8 (на «Харуне» – до 11), а скорость превысила 30 узлов – линейные крейсера опять стали самыми быстроходными среди японских «кораблей линии». Значительные изменения претерпело вооружение. Окончательно исчезли ненужные торпедные аппараты, количество 152-мм стволов сократилось до четырнадцати, зато появились стандартные восемь 127-мм зениток и 25-мм автоматы. В таком виде идеологические «дети» лорда Фишера стали очень опасными противниками для американских и британских тяжелых крейсеров.

В результате проведенных модернизаций японские корабли, безусловно, стали намного сильнее, однако основная идея, состоявшая в том, что каждый линкор Страны восходящего солнца должен превышать по силе боевую единицу вероятного противника, оказалась под угрозой. И США, и Англия в конце 30-х годов наконец-то приступили к постройке нового поколения быстроходных и сильных линейных кораблей. Необходим был ответный ход, и он оказался просто сокрушительным.

Проектирование сверхлинкора началось еще в 1934 году. Японцы сразу решили не пролонгировать соглашения об ограничении размеров линейных кораблей. Водоизмещение «восьмого чуда света» предполагалось равным 60-69 тыс. т – почти в два раза больше «вашингтонского» лимита. В течение трех лет специалисты тщательно и в полном секрете анализировали достоинства и недостатки 23 вариантов вооружения, бронирования и компоновки. Начатая в конце 1937 года постройка потребовала сосредоточения всех усилий промышленности и... полиции. Открытый слип в Нагасаки, на котором собирали «Мусаси», обнесли почти трехкилометровым забором из циновок и сетей; то же пришлось сделать и в Курэ, где бдительные контрразведчики установили, что «Ямато» можно будет рассмотреть с вершины ближайшей горы. Для перевозки колоссальных башен главного калибра весом свыше 2600 т каждая пришлось построить специальное судно «Касино». Что же говорить о тяжелых кранах и большом количестве уникального оборудования, созданного специально для постройки новых линкоров!

Итог всех усилий трудно оценить однозначно. Безусловно, «Ямато» и «Мусаси» являлись крупнейшими и сильнейшими в мире артиллерийскими кораблями. Их 460-мм пушки стреляли снарядами весом почти в полторы тонны на любое обозримое с марсов расстояние. Бронирование, выполненное по схеме «все или ничего», включало 410-мм наклонный пояс, еще более мощные траверзы и самую толстую палубу (230-200 мм). Даже дно чудовищной «коробки» было защищено 50-80-мм плитами. Лобовая плита башен имела толщину 650 мм – самая толстая броня, когда-либо устанавливавшаяся на боевом корабле! Сильный наклон пояса еще более увеличивал сопротивляемость, и считалось, что ни одни снаряд в мире не может пробить ее даже на минимальной дистанции.

Вместе с тем в попытке сделать корабль неуязвимым конструкторы допустили ряд просчетов. Так, главная противоторпедная переборка (также самая мощная в мире – от 100 до 200 мм) крепилась к набору корпуса слишком ненадежно и при взрыве просто продавливалась в находившиеся за ней помещения. Сосредоточение очень толстой брони в пределах цитадели привело к тому, что почти 2/3 длины корабля оставались практически неприкрытыми.

Тем не менее линкоры типа «Ямато» были мощными боевыми машинами, чрезвычайно опасными в равном бою с любым линкором мира, включая американские «вашингтоны» и «айовы». Тем более что противники Японии и не подозревали, насколько их враг силён. Морские аналитики США предполагали, что японцы не пойдут дальше 16-дюймовок и водоизмещения в 40000 т. Так что японским кораблестроителям надо отдать должное – они сделали все или почти все возможное. Слово оставалось за адмиралами.

И здесь потомки самураев и ученики знаменитого Того опростоволосились. Еще в начале войны летчики и офицеры авианосцев горько шутили, что на свете три самые большие и бесполезные вещи: египетские пирамиды, Великая китайская стена и линкор «Ямато». Флоту Страны восходящего солнца часто не доставало присутствия на поле боя «хасирского флота», как презрительно называли моряки соединение из 7 своих самых сильных линейных кораблей, стоявшее на рейде у о. Хасира. Возможно, если бы Ямамото выдвинул свои суперлинкоры, обладавшие сильной зенитной артиллерией и достаточно устойчивые к повреждениям, в первую линию в сражении у о. Мидуэй, американцам пришлось бы направить на них часть своих самолетов, и японские авианосцы могли уцелеть и продлить войну еще надолго. Но на деле в боях участвовали в основном наименее ценные «конго». В мясорубке непрерывных сражений за о. Гуадал-канал погибли восстановленный «Хиэй» и «Кирисима». Первый был буквально изрешечен снарядами американских крейсеров и эсминцев, а затем поражен торпедами. Он показал удивительную живучесть: чтобы окончательно вывести его из строя, понадобились атаки палубных самолетов и «летающих крепостей»; лишь после этого команда открыла кингстоны. «Кирисиме» пришлось вступить в ночной бой на малой дистанции сразу с двумя новейшими линкорами США – «Вашингтоном» и «Саут Дакотой». Девяти 406-мм снарядов (плюс многочисленных «добавок» от легких орудий) оказалось достаточно, чтобы линейный крейсер потерял ход; на следующее утро он был затоплен экипажем.

Остальным линкорам довелось встретиться с противником только тогда, когда исход войны уже не вызывал сомнений. На полную мощь «хасирской флот» был задействован только в 1944 году, в самом значительном сражении войны – битве в заливе Лейте. К этому времени «Муцу» уже не было: в результате взрыва погребов 8 июня 1943 года он погиб вместе с большей частью экипажа. Ядро южного диверсионного соединения составляли «Фусо» и «Ямасиро». Ночью 25 октября 1944 года они попали под торпеды и артиллерийский огонь целого флота, состоявшего из 6 линкоров, 8 крейсеров и 21 эсминца, и пошли на дно, не нанеся американцам никакого ущерба. Днем раньше «Мусаси», ставший главной целью атак палубной авиации, затонул после попадания 10 торпед и 17 бомб (японцы считали, что их корабль поразило не менее 19 торпед). Остальные линкоры, получив различные повреждения, вернулись на базы (в том числе «полуавианосцы» «Исэ» и «Хиуга», не имевшие ни одного самолета и игравшие роль приманки в северном, отвлекающем, соединении). «Ямато», «Нагато», «Харуне» и «Конго» удалось атаковать американские надводные силы, но линкорам в этом сражении явно не везло. Их тяжелые бронебойные снаряды пробивали насквозь небронированные корпуса конвойных авианосцев и эсминцев, не нанося им фатальных повреждений. Затем остатки могущественного соединения неожиданно отвернули, спасая не только себя, но и... противника, уже готового к самому худшему. Все четыре корабля благополучно (но и бесславно) вернулись на базу. На этом их боевая деятельность практически закончилась. «Конго» вскоре потопила американская подводная лодка «Си Лайон», а «Нагато» и единственный оставшийся линейный крейсер «Харуна» простояли в своих портах до тех пор, пока в 1945 году американская авиация не превратила их в груды металлолома. Только «Ямато» довелось еще раз выйти на боевое задание – неблагодарное и безнадежное. История линейного флота третьей по силе морской державы мира завершилась.

Рейтинг: 0 Голосов: 0 139 просмотров
Комментарии (0)

Разделы статей